Предупреждение Эмблера - Страница 104


К оглавлению

104

— Господи... — прошептал Кастон.

Эмблер молчал.

Аудитор покачал головой.

— Я бы никогда это не заметил.

— Есть многое на небе и земле, чего нет в ваших таблицах и графиках.

— Не надо меня недооценивать. Рано или поздно я бы до него добрался.

— И, может быть, даже успели бы собрать еще теплые гильзы. Знаю я таких. Вы работаете с бумажками, компьютерами, разбираетесь в цифрах, но не имеете дел с людьми. Вам ближе и биты, и байты.

Кастон усмехнулся.

— Вы мне еще про Джона Генри расскажите. Проснитесь, мир давно вступил в информационный век. Технологии раздвигают горизонты. Они наблюдают.

Слушают. Регистрируют, сравнивают и обнаруживают скрытые от глаза закономерности. Так что если мы...

— Слушают, но не слышат. Наблюдают, но не видят. И уж точно не умеют общаться с людьми. Что бы вы там ни утверждали, а человеческому общению замены нет.

— Исходя из собственного опыта, могу определенно сказать, что изучение финансовой отчетности дает больше пользы, чем разговоры с большинством людей.

— Вам — да, — бросил Эмблер и, поднявшись, прошелся по комнате. В крохотном помещении было душно. — Ладно, хотите поговорить о логике и «вероятностных выводах»? Что происходит сейчас в Китае? Почему это так важно для Эштона Палмера? Отчего он ненавидит Лю Аня?

— Я разбираюсь в числах, а не в геополитике. — Кастон пожал плечами. — Но газеты читаю. Мы слышали, о чем он говорил на конференции. Поэтому на ваш вопрос я бы ответил так. Ли Ань прежде всего необычайно популярен в своей стране. К тому же он — главная сила происходящей там либерализации. Его стараниями открыты рынки, установлены справедливые торговые отношения, приняты меры против медиапиратства и производства контрафактной продукции.

— Но ведь это происходит в рамках градуализма, постепенно? По-китайски.

— Да, его стратегия — стратегия градуализма, но градуализма ускоренного.

— Противоречие в терминах.

— Во многих отношениях Лю Ань парадоксальная фигура. Помните, какое словечко употребил Палмер? Двойственность. Если следовать логике аргументации профессора, нас ждет Китайский век. И вспомните его прогноз на будущее, на опасности, связанные с пробуждением дремавшего столетиями царства, с его интеграцией в мировое сообщество. Для Палмера Лю Ань худший из кошмаров.

— На месте Палмера, — вставил Эмблер, — вы бы сложа руки не сидели.

— В газетах писали, что Лю Ань собирается нанести визит в Америку в следующем месяце. — Кастон надолго замолчал. — Думаю, мне необходимо сделать несколько звонков.

Эмблер перевел взгляд на экран с застывшей картинкой.

Кто ты? Что ты хочешь?

Он опустил голову.

И в этот момент Эштон Палмер исчез с экрана.

Исчез, потому что телевизор взорвался, разбрасывая в стороны кусочки стекла. Что-то громко хлопнуло.

Время замедлило бег.

Что случилось?

Пуля. Крупнокалиберная. Стреляли из автомата с глушителем.

Обернувшись, Эмблер увидел замершего в дальнем конце коридора человека в черном. В руках у стрелка был автомат. И не просто автомат, а «Хеклер-Кох Г-36» с магазином на тридцать патронов, оптическим прицелом и корпусом из особо прочной, сверхлегкой черной пластмассы. Удобное и точное оружие.

Стандартный образец из арсенала оперативников ОКО.

Глава 26

Эмблер бросился на пол за долю секунды до того, как стрелок успел выпустить в его сторону еще одну очередь. Краем глаза он увидел, что Кастон метнулся в угол комнаты.

Пронесло.

Но легче не стало. По глазам стрелка Эмблер понял — он не один. Если спецгруппа, то из скольких человек она может состоять? Обычно, когда речь шла о гражданском «объекте», в группу включали от четырех до шести спецназовцев, но в экстренных случаях собрать успевали только двоих или троих. В дом они проникли разными путями, кто-то через окно, кто-то через дверь. Определить позиции остальных сейчас было невозможно.

Удивительно, что он еще остался в живых.

В то время как первый боец застыл с прижатым к плечу автоматом, мимо него пробежал второй — стандартный фланговый маневр.

Резко выбросив ногу, Эмблер захлопнул дверь.

— Я знаю, что вы думаете, — прошептал бледный как снег Кастон. — Но поверьте, я здесь ни при чем.

— Знаю. Скорее всего, когда мы загружали файлы, сработала сигнализация. Идентификатор выдал адрес. Зная, что в квартире никого не должно быть, вывод сделать было нетрудно.

— И что теперь?

— Ситуация не из лучших. Мы имеем дело с профессионалами. Вооруженными автоматами «Хеклер-Кох Г-36». Представляете, что это такое?

— "Хеклер-Кох Г-36", — повторил Кастон. — При заказе на тысячу штук мы платим договорную цену — восемьсот сорок пять долларов. Однако учитывая стоимость патронов...

— Автоматы у них с глушителями, — оборвал его Эмблер. — Эти парни — чистильщики.

Короткая очередь разорвала верхнюю половину двери, разметав щепки и наполнив воздух запахом обугленного дерева.

Эмблер вскочил, хлопнул ладонью по выключателю и бросился на пол.

Почему его не убили? Почему он остался жив?

Объяснение могло быть только одно: их двое. Инфракрасные прицелы показали им двух человек. Эмблера не застрелили потому, что не были уверены, кто из двоих «объект». Им дали приказ: идентифицировать и ликвидировать. Инструкции не предусматривали присутствие второго лица.

— Нам нечего им противопоставить, — задумчиво произнес Кастон. — Придется сдаваться.

Еще одна очередь проделала в двери огромную дыру.

Эмблер знал, что будет дальше. Коммандос подберутся ближе и через дыру спокойно разберутся, кто из двоих им нужен.

104